ФЭНДОМ


«…В этой мёртвой пустыне, под пристальным взглядом двух лун, бродят мертвецы. Они скитаются меж дюн в эту страшную безветренную ночь. Они размахивают своим оружием как пародия на былую жизнь, и лишь изредка раздаётся их страшных глас, похожий на шелест павшей листвы. Они повторяют лишь одно слово, которое помнят из своей былой жизни, имя их тёмного господина. Они повторяют имя Нагаш…»
Из «Книги Мёртвых» Абдулы бен Рашида, переведённой с арабийского Генрихом Кеммлером.

Nagash

Нагаш, Повелитель Мёртвых

Нагаш — это величайший повелитель нежити, когда-либо ходивший по этому миру. Он долго использовал в своих опытах гнилой камень, дабы увеличить свою силу и стать существом, более похожим на демона, чем на живого человека. Его рост составляет более пятнадцати футов, его глаза растаяли и теперь похожи на сосуды, наполненные светящимся гноем, его ногти превратились в страшные когти, а сердце остановилось, и кровь перестала течь в нём, его тело существует лишь благодаря его тёмной воле и силе его злого колдовства. Именно этому монстру мы обязаны появлением некромантов, вампиров и армий нежити.

История Великого Некроманта

Правитель Кхемри

Примерно за две тысячи лет до рождения Cигмара, то есть около 4,5 тысяч лет назад, в самом большом городе Великой реки — Кхемри, родился Нагаш. Он был сильным воином и сведущим в примитивном колдовстве своего народа. Говорят, что с того времени, когда он стал достаточно взрослым, чтобы осознавать подобные вещи, он постоянно думал о смерти. Он блуждал по городским некрополям и прятался в древних гробницах великих царей, где мог наблюдать, как жрецы Погребального культа приносили дары и совершали продолжительные ритуалы, направленные на заботу о духе похороненного там царя. Находясь вне этих гробниц, Нагаш мог видеть больных и раненых, пока искра их жизни медленно затухала, после чего бальзамировщики готовили их трупы к погребению. Именно тогда, в один из дней своей молодой жизни, Нагаш решил, что сам он никогда не умрёт.

Немногие древние неехарские памятники сохранили записи о Нагаше или его деяниях. Древние жители верили, что стерев его имя и всякую память о нём из истории, они смогут ниспровергнуть его бессмертие и предать его забвению в истории. Но это, понятное дело, не помогло. Те немногие уцелевшие реликты, что повествуют о Нагаше, утверждают, что он был братом кхемрийского царя Тутепа (Thutep), и более того, могущественным и по праву уважаемым самым молодым верховным жрецом за всю историю Погребального культа Кхемри. Такова была навязчивая паранойя, что пугала и мучила Нагаша, что он не мог терпеть, что есть кто-то с ещё большей властью, чем у него, даже если таким человеком был его любящий брат. В действительности, Нагаш так сильно жаждал трона своего брата, что одной роковой ночью он одурманил своего брата и захоронил его заживо в стенах Великой пирамиды царя Кхетепа (Khetep), их усопшего отца.

Именно так, в Третьей династии Кхемри, после столь быстро прервавшегося правления Тутепа Законотворца, Нагаш был коронован Царём-Жрецом Кхемри и никто не смел воспротивиться ему.

Уже посвящённый в секреты Погребального культа и его неумирающих жрецов-личей, Нагаша не удовлетворяло то несовершенное бессмертие, что давали эти тайны, поскольку хотя жречество и могло жить бесконечно, но они постепенно иссыхали, а их тела становились слабыми и хрупкими. Также, хотя они и не могли умереть по естественным причинам, их спокойно мог убить тот, кто был бы достаточно решителен для этого, что Нагаш самолично и доказал для себя, стоя над иссохшим трупом своего бывшего наставника и учителя, последнего верховного жреца. И именно тогда Нагаш вместе со своим вернейшим послушником и визирем, Арханом, начали проводить ещё более чудовищные эксперименты в своём поиске бессмертия.

Успех их, однако, был ограничен. Чародейство среди древних неехарцев было запрещено религиозной практикой и тысячелетием суеверий, поэтому истинная природа магии и то, как её лучше использовать, оставалось неизвестным для них.

Но настал день, когда всё изменилось. Согласно требованиям Нагаша ко всем вассальным царствам Неехары, из северного города Зандри прибыла дань из многих сотен рабов, в которых Нагаш нуждался для строительства своей пирамиды, что должна была стать его дворцом и приютом в жизни, в которой не было планов умирать. Среди этих рабов был поистине редкий дар — клетка, в которой содержались трое худых и бледных одурманенных дручии. Жители Неехары имели мало контактов со всеми старшими расами и знали о них лишь из легенд и различных кошмарных историй, доходивших из царств, располагавшихся, как Зандри, в устье реки Жизни. И хотя жителям Зандри не было точно известно кто такие и откуда эти дручии, они уже очень долго страдали от набегов этих пиратов-работорговцев из холодных земель Наггарота.

Те трое, что лежали в забытьи в клетке, посланной в Кхемри, были найдены выброшенными на берег неподалёку от города Зандри после ужасного шторма. Вместо того чтобы убить их и сжечь их тела, следуя установившейся практике, царь приказал одурманить дручии концентратом чёрного лотоса и, пока их держат без сознания, сковать в цепи из тяжёлой бронзы и отослать в Кхемри как «дар». Один этот единственный жест стал роковым для всей Неехары.

Более десятилетия Нагаш держал троих своих пленников в разной степени дурмана или опьянения, слишком опасаясь позволить им полностью очнуться. Всё это время он подвергал их ужасающим пыткам и наиболее изощрённым допросам, которые только мог выдумать его разум, с одной лишь навязчивой целью изучить всё, чему они только могли обучить его из своих весьма известных колдовских искусств, ведь в неехарских легендах было широко известно, что дручии были гораздо лучшими повелителями магии, чем любой человек. Риск, охотно принятый Нагашем, был доказательством его амбиций, поскольку одна из пойманных дручии, была не кем иным, как колдуньей из этой наиболее зловредной расы.

Именно у неё Нагаш узнал то, что стало основой его знаний, касающихся тайных материй, которые, учитывая даже то, что его понимание колдовских путей стократно увеличилось благодаря контакту с дручии, всё ещё оставались неполными. Чтобы обезопасить себя, Нагаш продолжал держать колдунью и двух её соплеменников в наркотическом дурмане, чтобы они не могли сосредоточить свои сознания на его уничтожении, хотя даже в таком полусонном состоянии дручии продолжали сопротивляться его пыткам. Знания Нагаша о путях и значениях магии, а также о сплетении магии в заклятья, теперь вышли далеко за возможности, которыми обладали другие человеческие чародеи в Неехаре.

Нагаш узнал, что создание магических эффектов не зависят от прошений о посредничестве богов и джинов, подобно тому, что практиковалось в крайне ритуализированном чародействе неехарсккого жречества. Он узнал о Ветрах Магии, что дуют по всему миру, и о том, как они могут сливаться в источник силы дручии — Дхар или чёрную магию. Он узнал о важности крови как носителе жизненной энергии магии и о том, как ведьмы в отдалённых землях Наггарота становятся сильнее и восстанавливают свою юность, купаясь в крови жертв, которых закалывали, произнося специальные заклятия. Наконец он узнал об обсидиане и том странном изолирующем магию эффекте, которым он обладал.

Как только ему окончательно стало ясно, что ему больше нечему учится у колдуньи, и уже убив её компаньонов, Нагаш изуродовал тёмноэльфийскую ведьму, выколов ей глаза обсидиановым кинжалом, отрезав ей язык, руки и ноги, и водрузив на её чело специально сделанную бранную узду, полностью выполненную из обсидиана. После подобных издевательств, по желанию Нагаша она была заживо замурована вместе с трупами своих компаньонов в основании Чёрной пирамиды, которую начали воздвигать по указанию Нагаша в его собственную честь.

Нагаш экспериментировал со своим новым знанием, сочетая то, что он узнал от дручии с опытом, накопленным жрецами Погребального культа. Его эксперименты достигли некоторых успехов, и ему удалось дистиллировать магический эликсир, продлевающий жизнь без гнетущего разложения, столь терзавшего жрецов-личей. Вскоре, тем послушникам, которых он возвысил из Погребального культа (первым из которых был Архан) было дозволено разделить это его открытие.

Долго и упорно Нагаш и его послушники практиковали своё колдовство в поиске всё более надёжных путей сотворения и управления чёрной магией, с которой познакомила его колдунья дручии. За прошедшие десятилетия их колдовские навыки стали непревзойдёнными для жрецов-личей во всех других городах Неехары. Они отбросили исповедование традиционных верований Неехары, полагая самих себя почти равными богам, а жителей Кхемри — подвластным их желаниям скотом, который они могли пустить на строительство огромных монументов в свою честь, либо же просто использовать как подопытных тварей в своих колдовских экспериментах.

Пока годы превращались в десятилетия, а десятилетия сливались в века, Нагаш и его послушники становились всё более замкнутыми, редко покидая Кхемри или же интересуясь делами за его пределами, становясь в положение, которое грозило обернуться чистой катастрофой для них. К тому времени Чёрная пирамида была уже достроена, что позволяло Нагашу и его послушникам полностью сосредоточиться на своём чёрном колдовстве. С этого момента, Пирамида стала работать как проводник Ветров Магии, всасывая их в себя, связывая их воедино и заставляя их принимать под пирамидой форму огромного резервуара чёрной магии, магии, наиболее могучей и полезной для них.

Однако, эта чёрная магия, творимая и накапливающаяся в Чёрной пирамиде, вызвала у всех животных и людей на многие лиги вокруг противоестественные болезни тела, разума и духа. Для царей других городов, давно обеспокоенных событиями в Кхемри, такое положение дел было абсолютно недопустимым. Царь Ламиззар из побережного города Ламии побудил царей Зандри, Нумаса, Махрака, Либараса и Расетры объединится с ним в великий союз против Нагаша и направить свои армии на того, кто короновал самого себя Вечным царём-жрецом Кхемри.

В последовавшей долгой войне многие тысячи неехарцев были убиты. Волны чернейшей магии отравили землю, и отдельные оазисы были столь загажены, что даже через многие годы их избегали люди. Столь долгой была эта война, ведущаяся против Нагаша и его последователей, что царь Ламиззар не дожил до того, чтобы увидеть её окончание, однако его молодой сын, Ламиззаш (Lahmizzash), принял отцовское знамя войны против Кхемри. Спустя ещё тридцать лет этого нескончаемого кровопролития, армии Ламиззаша, наконец, окончательно одолели Нагаша.

Говорят, что загнанный в Кхемри вместе с нескольким своими выжившими слугами, Нагаш скрылся в холодных глубинах своей Чёрной пирамиды, лишь единожды обернувшись на дороге из тысячи ступеней ведущих во тьму, чтобы поклясться, что восставшие против него цари обратятся в прах, и даже меньше чем в прах, равно как их народ и города.

Одного за другим последователей Нагаша сбрасывали вниз, обезглавливали и сжигали объединившиеся против них армии, пока те прикрывали отступление своего повелителя. Выжившие цари низвергли все работы Нагаша, изъяв его имя и записи о его деяниях из многочисленных монументов Кхемри, стремясь убрать все следы еретического царя из истории. Самого же Нагаша так и не нашли — пирамида, в которую он сбежал, была пуста, и в ней не сыскали ничего, кроме комнат его оккультных экспериментов.

Стоит отметить также, что вопреки условиям договора между царями, правители Ламии выкрали книги Нагаша из его проклятой Чёрной библиотеки. Долгие годы они пытались подражать его чёрному колдовству. Более осторожные, чем сам Нагаш, они втайне от других начали дистилляцию кровавого эликсира, но этого уже совсем другая история.

Истоки бессмертия

Далее следует небольшой фрагмент, переведённый Маннфредом фон Карштайном на современный рейкшпиль, из первой книги Девятикнижия Нагаша, написанной самим Великим некромантом о его скитания после своего поражения:

NagashHuman

Нагаш ещё при жизни (на заднем плане его Чёрная Пирамида)

«Я брёл по пустыне, жажда иссушала моё горло, голод грыз моё нутро. Страшные видения представали моему взору, и больше всего я боялся, что умру среди этих раскалённых песков, ибо ни мои заклинания, ни даже благодать Эликсира, не даровали мне истинного бессмертия. И все же я отверг сию участь. Смерть пришла за мной и даже призвала меня, оставив блуждать в сумраке загробного царства, пока я не нашёл обратный путь в мир смертных, к своей иссохшей оболочке. Я овладел своим телом и пошёл вперёд, всё дальше и дальше из ненавистного мне Кхемри, через бесконечную стерильность Соляных Равнин и за пределы зловещих болот. В конце концов я оказался в предгорьях Восточных гор, откуда меня тянуло к подножию Развалившегося пика.

Эта разрушенная гора возвышалась над берегами Кислого моря. Я лишь смутно слышал об этом крае, поскольку прежде немногие побывали здесь и позже поведали о нём. Рассказывали, что в глубокой древности с небес упал могущественный джинн, и, врезавшись в пик, расколол его до основания, устремляясь в глубь горы, где его тело пребывает и поныне. Говорили, что за прошедшие столетия дождь и ветер разнесли высохшую кровь джинна и куски его медленно распадающегося тела в то, что после станет Кислым морем, отравляя его воды и уродуя тех рыб и змей, которые не погибли от этого.

Я знал, что умер на Соляных равнинах и что занятое мной тело не более чем разлагающееся вместилище, но всё же я обладал им, хотя моя власть и контроль над ним были неполными. Если бы я только чуть-чуть ослабил хватку, то оно не подчинилось бы мне, и я тут же почувствовал, как меня выбрасывает за пределы мира смертных. Но если бы я держался за моё тело слишком крепко, тогда его агонизирующее состояние начало бы сказываться на мне: я почувствовал бы муки истерзанных и умирающих мышц и безумие безжизненного мозга. В то время, как я со всей силой воли держался за своё тело, я упал перед осквернёнными водами Кислого моря. И прежде чем я понял, что делаю, ожили инстинкты моей смертной оболочки, и я большими, жадными глотками начал пить из его вод.

И когда я впервые вкусил этих вод, неописуемые видения вспыхнули в моём разуме, и грубая энергия наполнила мои слипшиеся вены. В то мгновение, когда желания и слабости тела были выжжены выпитыми мной водами, я почувствовал, что моя власть над ним полностью окрепла. И тогда я понял, что наконец-то нашёл то, что искал. Здесь было всё, что мне было нужно».

Как видно из этих переводов, Нагаш утверждает, что он умер и некоторое время блуждал в загробном мире, но потом смог найти дорогу назад в мир живых. Большинство учёных считают это лишь причудливой галлюцинацией, навлечённой лишениями и жаждой, но не все согласны с этим. Как бы там ни было, он выжил и некая тёмная сила приманила его на берега Кислого моря.

Далее в книге Нагаш описывает как долгие годы он жил отшельником в пещере рядом с Развалившимся пиком, размышляя о природе бессмертия и загробной жизни, черпая мудрость из глубин своей порочной души, освобождённой отныне от ограничений и желаний плоти. Тогда же ему удалось узнать правду касаемо легенды об упавшем джинне, который якобы разрушил эту гору, обнаружив вместо него некий таинственный громадный валун, пробивший вершину горы, камень невероятной сверхъестественной энергии. Нагаш узнал, что эта субстанция, которую в наше время суеверные люди называют варп-камнем, — чернейший эфир, каким-то образом воплощенный и затвердевший.

Нагаш исследовал огромную систему пещер, пронизывающих Развалившийся пик, пока не нашёл глубоко в горе мерцающее озеро, рядом с которым находилась большая часть глыбы варп-камня. Чувствуя, что эта субстанция — ответ на все его вопросы, Нагаш напился сияющих вод из озера и даже истёр в порошок осколки варп-камня, чтобы нюхать его как табак для увеличения могущества, или же, смешивая его с определёнными травами, чтобы обострить своё восприятие для оккультных поисков. Получив в своё распоряжение столь огромную сырую энергию, Нагаш обнаружил, что способен призывать всё более и более могущественных джиннов (или демонов) и, подчиняя их своей воле, заставлять их открывать ему тайны жизни и смерти, включая то, как избежать неизбежной тяги в загробные миры, когда смертная душа освобождается от своего тела. Однако по-прежнему единственной вещью, которой боялся Нагаш была смерть, а единственной, которую он более всего ненавидел — это мысль, что возможно однажды он предстанет пред судом богов и демонов в их загробных владениях.

Столь неумолимо проносились годы и постоянное воздействие варп-камня вызывало жуткие изменения в уже не совсем живом, но и не вполне мёртвом, теле Нагаша. Он описывает, как его кожа увядала, трескалась и отделялась от костей, оголяя мышцы и вены. Его глаза таяли и походили на светящие сосуды с гноем. Его ногти удлинялись и стали крепкими как алмаз когтями, так что он мог вырывать куски гнилого камня из уплотнившегося ила вокруг озера. Его сердце остановилось, и кровь перестала течь по его телу. Все следы смертности, что оставались в нём были, наконец, стёрты, несмотря на то, что его душа была прикована к оболочке его трупа, ведомая его несгибаемой волей и неуловимой мощью его колдовства. Свершилось то, о чём он так долго мечтал: он стал недосягаем для смерти, ни по-настоящему живой, ни по-настоящему мёртвый, но сущая нежить.

Рождение некромантии

Именно в этот долгий период Нагаш сделал огромные успехи по созданию собственного колдовства, соединившего ритуальное чародейство Погребального культа и магию, которой он научился у дручии. Это новое искусство, известное как некромантия, было колдовством бессмертной жизни и управления смертью, путём к бессмертию, независящему от капризов демонов и богов. Во время своего затворничества Нагаш усовершенствовал все те заклинания, которые будут использовать все позднейшие некроманты, хотя зачастую в более слабой форме. Следовательно, Нагаш был, есть и всегда будет Величайшим Некромантом.

Однажды ночью, освещённый полной луной Хаоса, Нагаш решил спуститься к курганам примитивных людских племён, живших вокруг Развалившегося Пика, чтобы испытать только что созданное им ремесло. Видевшие его бежали прочь, а те немногие воины или шаманы, посмевшие оказать ему сопротивление, были убиты одним лишь его словом. Один за другим он открыл могильники этих народов и оживил находившиеся там трупы тем же способом, каким в Кхемри он оживлял каменных ушабти, хотя вначале успехи были невелики. Люди намного слабее заколдованных каменных ушабти, а найти совершенное соотношение Дхар для их оживления и определить простейшие цели было довольно трудно. Первые проковыляли всего несколько шагов перед тем как рассыпались, истратив всю энергию, двигавшую их. Однако могущество Нагаша росло, как и численность оживленных трупов и скелетов, пока наконец не настал день, когда Нагаш смог воскресить несметное количество костяков лишь силой мысли и навсегда «связать» их тела в этом мире.

Пыль варп-камня не могла повредить этим оживлённым трупам, поскольку они уже были мертвы, так что Нагаш заставлял их выкапывать пещеры под Развалившимся Пиком и начать возведение каменной башни, основания будущего Нагашиззара, иногда называемого Проклятой штольней — возможно, величайшая и ужаснейшей крепости, которая когда-либо воздвигалась.

Для осуществления своих планов Нагашу требовалось больше слуг, так что он выставил сотни оживлённых мертвецов, завоевав и поработив выродившиеся племена, что жили на побережье Кислого моря и омылись в его нечистых водах. Этих болезненного вида смертных, вопящих и отбивающихся, волокли на алтарь Нагаша, где им вырывали сердца прежде, чем их мёртвая оболочка воскреснет, дабы вечно служить своему новому и бессмертному хозяину.

Неспособные противостоять его магии, варвары стали поклоняться Великому Некроманту как богу, смиренно отсылая к башне Нагаша своих наименее испорченных мутациями дев и юношей в качестве дара. Возможно, что это поклонение задело тщеславие Нагаша, поскольку он захотел сохранить многие из этих племён, воспитав их так, как требовалось ему и создав единый народ, существующий исключительно для того, чтобы повиноваться любой его прихоти.

Двести лет Нагаш был безраздельным владыкой могучего царства, раскинувшегося на побережье Кислого моря, царства, где одетые в отличные чёрные доспехи нагашиты (те из смертных мужчин и женщин, что поклонялись Нагашу как истинному богу) служили рядом с оживлёнными останками своих сородичей и предков. Шахты под башней Нагаша разрослись в огромную сеть, протянувшуюся в глубочайшие недра горы. Укрепления вокруг башни разрастались подобно раковой опухоли в теле умирающего человека, пока не заняли почти по целой лиге во все стороны. Так возник город-крепость Нагашиззар — несокрушимая крепость, алхимическая лаборатория, библиотека самых тёмных знаний и святыня, в которой велись поиски земного бессмертия и ослабления всех богов и демонов, стремившихся контролировать и поглотить души смертных.

Нагашиззар стал столицей, возможно, самой покорной человеческой нации, которую сей мир когда-либо видел. В центре этой цивилизации, словно паук в центре паутины, восседая на украшенном черепами троне, Нагаш изучал и экспериментировал, по-своему узнавая всё, что замечали тысячи его слуг-нежити, и делая его в своих владениях почти всезнающим.[1] Но даже в неприступной цитадели, незамеченный большей частью мира, у Нагаша нашлись враги.

Привлечённые варп-камнем словно мотыльки огнём, крысоподобные зверолюди, которых имперские учёные прошлого назвали скавенами, устремились к Развалившемуся Пику. Вся цивилизация крысолюдей была основана на варп-камне, и их вожди, совет из тринадцати колдунов, вождей и жрецов, велели, чтобы их слуги захватывали его везде, где обнаружат. Они ворвались в шахты под Развалившемся Пиком и попытались взять крепость также, как недавно завладели многими могучими Караками дави. Однако захватить Нагашиззар было намного сложнее.

По земле и под землей скавены ринулись в царство Нагаша, применив при осаде Нагашиззара необычные и ужасные боевые механизмы. Но им пришлось столкнуться с армиями Великого Некроманта и его почти всемогущим искусством некромантии. Их встретили неутомимые легионы оживших мертвецов и скелетов, а также живые фанатики, которые боялись своего тёмного бога больше чем смерти, ибо они знали, что независимо от исхода битвы, после смерти Нагаш призовёт их к себе, чтобы вознаградить или наказать.

Десятилетия во мраке под цитаделью продолжались яростные стычки. И хотя численность скавенов была во много раз больше, разбить Нагаша им не удавалось, так что война зашла в совершенно безвыходное положение. У Нагаша были другие планы, а скавены отвлекали его от важнейших, как ему представлялось, дел, так что он заключил договор с Советом Тринадцати. В обмен на их помощь в поимке тысяч рабов, Нагаш обещал снабжать Совет варп-камнем, добытым в шахтах Развалившегося Пика. Хотя это и было совсем не то, чего в действительности хотели крысолюди, это было намного лучше продолжения бесплодной войны ради сомнительной награды, так что они согласились.

Из-за интенсивной и непрерывной добычи в земле и воздухе вокруг Нагашиззара скопилось столько пыли варп-камня, что почти всё живое начало заболевать и умирать. Из земли эту заразу всасывали корни чахлой растительности, а от растений она передавалась съедавшим их животным. Со временем она накапливалась в организмах людей, питавшихся зараженной пищей и пивших отравленную воду из горных источников и глубоких колодцев.

Хотя в своих трудах Нагаш утверждает, что его не очень-то заботили трудности, выпавшие на долю его вассалов[2], он описывает, что нагашиты, как и все люди, начали заболевать и чахнуть. Их волосы и зубы стали выпадать, они худели и умирали в страшных муках. Самой обычной вещью стали мутации и появление всевозможных духов и демонов в насыщенном магией воздухе. Хотя терзания демонов и ужасы бесплотных духов не воздействовали на него, Нагаш видел, что его смертные слуги подвластны этому влиянию. Нужно было что-то сделать, чтобы помешать полному уничтожению цивилизации его вассалов, или, что ещё хуже, уступить искушениям демонических богов.

Так у Нагаша возник план лишить своих смертных рабов уязвимости их личности и самосознания. Начав с тех городов, чьи жители находились в наиболее подавленном состоянии, Нагаш с удовольствием и присущим ему чёрным юмором предложил вассалам в ритуальном поклонении повелителю поедать старых и одряхлевших сограждан, а так же недавно умерших, пока тела их ещё не остыли. Хотя из-за сочетания необработанного варп-камня с еще живой кровью дегенерация разума и тел участников этих тёмных пиров возросла, но столь нечестивой была магия тех пиршеств, что каннибалы больше не умирали от воздействия смертоносной пыли варп-камня даже тогда, когда всё живое вокруг гибло. Вскоре они утратили всякое самосознание, а их устойчивость ко всему страшному и необычному многократно возросла.

Распространение отравленной пыли и приход нежити побудило даже племена зеленокожих бежать из этих мест. За несколько лет весь край вокруг Нагашиззара превратился в сверкающую, наводненную призраками пустыню, единственными живыми существами в которой были бродяжничающие кланы выродившихся, отдаленно напоминающих людей каннибалов. Великого Некроманта это ничуть не заботило. Живые или мёртвые, выродившиеся или нет, смертные этой земли должны были тем или иным способом служить ему.

Войны вампиров за свои владения

Как уже говорилось выше, не все цари Неехары отвергли учение Нагаша. Те из них, кто изучали его злое наследие и продлили свои жизни с помощью его эликсира, не были праздны. Они также как и он вызывали демонов и экспериментировали с чёрной магией. Правители Ламии всё больше использовали чудесный эликсир, и в итоге странная болезнь заразила их кровь.

Века, продлённые эликсиром, совмещённым с собственным колдовством, изменили их жизни, и они стали с одной стороны чем-то большим, но в то же время и чем-то меньшим, чем простые люди. Они стали бояться солнечного света и бродили лишь в ночи. Привычный голод и жажда больше не беспокоили их, теперь они нуждались лишь в крови. Их зубы превратились в большие клыки, их кожа стала белее алебастра, а их глаза пылали красным огнём. Эти существа стали много сильнее простого смертного. Они были первыми истинными вампирами. По ночам они выходили на охоту на людей, позволяя лишь немногим присоединиться к себе в своей не-жизни.

Цари-Жрецы соседних земель вновь объединили свои армии и приготовились к войне. Бесчисленные колесницы возглавляли легионы лучников и копейщиков, цари сплетали ужасные заклятия, великая битва свершилась и была выиграна ими. Население порочной Ламии было порабощено, пирамиды разрушены, а вампиры изгнаны прочь.

Следя за судьбой Ламии с того момента, как туда прибыл В'соран, и вплоть до её разрушения, Нагаш предполагал, что этот день наступит. Он радушно принял бежавших из Ламии вампиров, считая их достойными полководцами для своих армий, а их бессмертие — данью собственной гениальности. Великий Некромант стал поистине могущественным, и хотя вампиры Ламии были весьма сильны, состязаться с ним они не могли, и знали это. Нагаш сказал, что если они подчиняться ему, то он сделает их ещё могущественнее, чем они были прежде.

Как доказательство этого обещания Нагаш выжег из собравшихся вампиров всякую способность испытывать страх и сожаление — воистину многогранное благословение, однако, ни у одного вампира не было выбора не принять этот дар. В Вашанеше Нагаш признал прирождённого лидера, и, видя, что другие вампиры никогда не последуют за его избранным последователем, В'сораном, и к растущей горечи всё больше и больше игнорируемой Нефераты, Нагаш преподнёс Вашанешу особое кольцо. В это кольцо, сделанное из какого-то магического сплава, был вставлен очищенный и зачарованный варп-камень. С ним Вашанеш мог бы приказывать всем другим вампирам, и они были бы вынуждены повиноваться ему. Но существовало и единственное предостережение: если Вашанеш когда-либо не подчиниться Нагашу, то заклинание кольца будет разрушено, а он и все вампиры будут прокляты на веки веков. Нагаш, чтобы больше заинтересовать Вашанеша, сказал ему, что важнейшее заклинание кольца должно сделать владельца неуничтожимым: даже если его тело будет уничтожено, ему не нужно будет, как другим вампирам, ждать союзников, чтобы те возродили его. Вашанеш не мог отказаться от такого дара.

Так вампиры, безраздельным правителем которых стал Вашанеш под верховной властью Нагаша, начинают изучать многие некромантические искусства у своего создателя. И вскоре с помощью собственной магии они смогли поднимать воинство мёртвых, хотя опытнее В'сорана в этом не было никого.

К этому времени Нагаш уже создал огромную армию из нежити и неистовых фанатиков, поклонявшихся ему как богу, и именно в эту несметную орду он и назначил вампиров в качестве своих полководцев. На этот раз Нагаш решил, что командовать боевыми действиями будут все семеро, и пока Алкадизаар будет созывать все армии Нехекхары, они окончательно сокрушат те земли и народ, что изгнали его столетия назад.

Нагаш обещал вампирам, что в обмен на командование его армиями против неехарцев, он возвратит им их город Ламию. Используя магически наблюдательные приборы, Вашанеш и его сотоварищи-вампиры изучили расположение войск Алкадизаара и составили план своей кампании.

Во многих сражения столкнулись армии Нагашиззара и Неехары, однако сама война шла с переменным успехом. Сначала одерживали верх легионы нежити Вашанеша, затем армии Алкадизаара нанесли ответный удар. Его колесницы валили шеренги оживших мертвецов как косы пшеницу, а впереди них ехал сам Алкадизаар, и его великолепные золотые доспехи сияли волшебной энергией, а зачарованный ятаган мелькал быстрее, чем язык пустынной змеи. Вампиры были могущественными некромантами и сильными противниками. Там где они проходили, ужас и страх наполняли сердца врагов, но несмотря на это они не были непобедимы, и со временем Вашанеш понял, что Нагаша не интересовали ни вассалы-вампиры, ни, тем более, возвращение им потерянной Ламии. Нагаш просто желал видеть смертных Неехары уничтоженными, и если для этого потребуются жизни всех вампиров, то пусть так и будет. Нагаш довольствовался тем, что сидел и ждал исхода войны в Нагашиззаре. В самом начале войны Нагаш воскресил Архана, своего первого и пользующегося наибольшим доверием заместителя, оживив душу древнего визиря и заключив её в мёртвое тело, и с тех пор Вашанеш понял, что был так же обязан повиноваться приказу Архана, как самому Нагашу. Вашанеш проклял имя Нагаша, но не мог ничего придумать, чтобы освободиться от ига Великого Некроманта.

В разгар величайшей битвы этой войны, на зелёных равнинах к северо-востоку от Кхемри, Алкадизаар, окружённый ордой нежити, дрался за жизнь. Увидев это, Вашанеш принял судьбоносное решение. Повелев орде отойти от стоящего в боевой позиции царя Кхемри, Вашанеш сошёлся с Алкадизааром в поединке. Несмотря на умения кхемрийского царя, было ясно, что ему нечего надеяться помешать Вашанешу достичь победы. И, когда казалось, что всё потеряно, Алкадизаар яростно бросился прямо на Вашанеша с подъятым бронзовым мечом, и хотя тот с лёгкостью мог отбить удар клинка, вместо этого он опустил меч, допустив, чтобы клинок Алкадизаара отрубил ему голову. Как только Вашанеш пал на землю, другие вампиры внезапно освободились от контроля Вашанеша, а следовательно и Нагаша. Почти все как один они покинули поле, и сражаться остался только следующий приказам Нагаша В'соран.

Великая Месть

К этому времени Нагаш окончательно сформировал свой роковой и безумный план. Он решил превратить весь мир в огромное Царство Мёртвых, где ничего не будет происходить без его на то воли. Он стал бы править всемирным некрополем, населённым восставшими мертвецами. Первым шагом плана должно стало уничтожение его прежней родины. По команде вампиры стали готовить легионы нежити к войне. На безобразных судах, сделанных из костей, мёртвые орды стали продвигаться от Кислого моря вниз по Проливу Нагаша к Горькому морю, названному так потому, что яд Кислого моря отравил его. Неживые легионы высадились в порту Ламии и напали на своих противников.

Однако Нагаш серьёзно недооценивал своих прежних соотечественников. За время его отсутствия земли Великой реки прошли путь от скопления враждующих городов к могущественной империи, управляемой Царём Алкадизааром Завоевателем. Алкадизаар был величайшим генералом своей эпохи, и его империя находилась в зените своей славы. Прибывшие мёртвые встретили перед собой единое государство с хорошо обученной армией. Помимо этого волшебники Великого Царства многократно улучшили свои успехи в изучении искусства колдовства и особенно преуспели в изготовлении магического оружия. О лёгкой победе теперь не могло быть и речи.

Вампиры были могущественными волшебниками и достойными противниками. Они вселяли страх и трепет в сердца врагов, но всё же они не были неуязвимыми. Победа доставалась то одной, то другой стороне. Иногда мёртвые легионы выигрывали, но после всегда следовал контрудар армии Алкадизаара, его колесницы рассекали своими косами мертвых, будто срезали пшеницу. Сам Алкадизаар всегда возглавлял свои армии, облачённый в золотую броню, пылающую волшебной энергией и вооруженный зачарованным ятаганом, более быстрым, чем язык змеи. Рядом с ним всегда находилась его жена и возничий — Халида, поклявшаяся умереть рядом со своим супругом, если это потребуется. Битва за битвой проходили, пока последний из легионов Нагаша не был уничтожен и вампиры не бежали обратно в пустыни к Нагашиззару, чтобы сообщить своему повелителю весть о своём поражении.

Велика была ярость Нагаша. Он проклинал своих воевод и наложил ужасные заклятия на них. Они познали самую ужасную боль, которую можно представить и их жуткие крики разнесли весть о своих мучениях всем людям. Следуя попутному ветру, выжившие вампиры бежали ночью из Нагашиззара, следуя в разных направлениях, чтобы запутать свои следы. Таким образом, их проклятие проникло во все людские земли.

Десятилетия Нагаш гневался и готовил ужасную месть тому человеку, который помешал осуществиться его планам, его ненависть была так ужасна, что даже боги отвернули свои лица от мира.

Месть была медленной. Агенты Нагаша доставили варп-камень к истокам Великой реки и при помощи колдовства долго отравляли источники, пока вода не свернулась, и не стала течь кровью. Страх охватил народ Великого Царства, ибо река была для них жизнью. Один за другим люди стали болеть и умирать.

Скавены получили распоряжение согнать обратно в Нагашиззар племена зеленокожих Краесветных гор. Скавены понятия не имели, зачем это нужно, но Великий Некромант оплачивал эту услугу чистым варп-камнем и они с радостью исполнили её.

Сидя на троне Алкадизаар смотрел, как его царство разрушается врагами, и при этом он не мог им никак помешать. Мор несся по его землям. Народ умирал от огромных язв, поражавших их кожу. Врачи никак не могли помочь больным. Во всех семьях умирали люди. За один сезон смерть унесла столько, что трупов было больше чем живых и некому было их хоронить, поэтому они лежали и медленно гнили на улицах. Скот было некому пасти, и он блуждал по окрестностям, пока не подыхал. Все живые существа в Великом Царстве были больны. Алкадизаар видел, как один за другими умирали его друзья, дети и жена. Сам же он был абсолютно здоров, будто чья-то злая воля берегла его. В конце концов, он остался один в своём дворце, он сидел на своём позолоченном троне и плакал, а вдалеке в это время раздавался звук наступающей армии врага.

Только после вымирания большей части людей прибыла обширная армия мертвецов. Немногие оставшиеся в живых, но уже смертельно больные солдаты Алкадизаара не могли что-либо сделать с ними. Иммунные к болезни мёртвые прошли маршем из одного конца царства в другое и не встретили на своём пути ни одного живого мужчину, женщину, собаку, кошку или птицу, все были мертвы. Выжил только один. Алкадизаар был связан цепями и доставлен в Проклятую Яму, где его кинули к подножию трона Нагаша перед ужасающей фигурой Великого Некроманта.

Нагаш объяснил Алкадизаару, что должно было случиться далее, рассказал ему все невероятные детали своего безумного плана. Он сказал, что желает воскресить все трупы в Великом Царстве и использовать их как солдат в завоевании мира. Отчаявшегося Алкадизаара бросили в темницу, к вящему удовольствию Нагаша. Стоит отметить, что всё, что рассказал Царю Некромант, было не простым хвастовством, Нагаш намеревался полностью выполнить свой план и имел все средства к его осуществлению.

Смерть Нагаша

В течение нескольких дней длительного ритуала Нагаш потреблял огромные количества варп-камня, пока его тело не загорелось невиданной силой. Последние остатки плоти сгорели на нём, и он стал не многим более, чем скелет, закованный в чёрную броню. Согнанные в крепость зеленокожие без всякой жалости приносились один за другим в жертву на чёрном алтаре и их души пожирались Великим Некромантом, увеличивая его мощь и силу.

Всю ночь и целый день, пока луна Морслиб ослепительно сверкала на небе, Нагаш распевал слоги его последнего и самого грандиозного заклятья. Немногие из оставшихся в живых орков дрожали и выли в темницах. Все живые существа на континенте были охвачены самыми тёмными из ночных кошмаров. Зловещие огни полыхали на дне Кислого моря. С высоты своей башни Нагаш кинул в воздух несколько крупиц блестящего чёрного пепла, и холодный ветер подхватил их и разнёс прочь от Нагашиззара, после чего они выпали дождём на все города и погосты Великого Царства. На мгновение весь мир замер, после чего мёртвые зашевелились под землёй. Холодный зелёный свет загорелся в сгнивших глазницах мертвецов. Один за другим восставали зачумлённые трупы. Мёртвые встряхнулись от пыли и вышли из своих могил, они запрягали свои колесницы и отправлялись на ночную охоту. Умертвия облачались в свои сгнившие доспехи. Неисчислимые скелеты формировали когорты. Обернутые в погребальные саваны мумии царей восставали, чтобы возглавить эти армии. Оживлённая злой волей Нагаша, самая гигантская из видимых в этом мире армий, направилась в Нагашиззар.

Измотанный огромным расходом энергии, направленной на сотворение колдовства, Нагаш впал в глубокий транс на своём троне. Странная и зловещая тишина окутала Нагашиззар, в то время как армия мёртвых направлялась к нему. Было похоже что истинная смерть пришла в столицу Великого Некроманта.

Расходы энергии были столь огромны, что это не осталось незамеченным. Совет Тринадцати наконец понял чего хотел Нагаш и ужаснулся этому. Имея бесчисленную армию мёртвых из Великого Царства под своим командованием, Некромант был бы неукротим. Он больше бы не нуждался в услугах скавенов и непременно отомстил бы им за их прошлые нападения на его царство. Ощущая также, что в настоящий момент Великий Некромант неподвижен, они поняли, что это могло бы быть их единственным шансом остановить его. Поскольку ситуация была критической, они не могли найти какого-либо скавена, которому могли бы поручить убийство Нагаша. Многие в Совете сомневались относительно эффективности их оружия против Некроманта, другие боялись, что он пробудиться в то время когда они будут в его тронном зале, все знали о его великой силе и боялись оказаться с ним лицом к лицу.

Наконец они придумали другой план. Совет сконцентрировал свои усилия и создал могущественный клинок, испещрённый рунами, которые окажутся столь же фатальными для Нагаша, как и для того кто понесёт его. Воля Совета была так цинична потому, что нести клинок должен были отнюдь не они. Самые смелые лазутчики были посланы в темницы Нагаша, неся в запечатанной шкатулке смертельный клинок. Секретными тропами скавены пробрались в самое сердце крепости Великого Некроманта, где незамеченными пробрались в камеру, в которой лежал закованный в цепи Алкадизаар.

Без всяких объяснений скавены освободили Алкадизара и вручили ему клинок. Стоило ему только схватить рукоятку, как зачарованное лезвие само повлекло его в тронную залу Некроманта. Не обращая внимания на убегающих крысолюдей, Алкадизаар начал пробираться сквозь коридоры застывшей в тишине крепости. В конёчном счёте, он пробрался в тронный зал Нагаша и тихо приблизился по чёрному мрамору к его застывшей фигуре.

Глаза Некроманта были тусклы, он был неподвижен и даже руны на его короне не светились, как это обычно бывало. На мгновение Алкадизаар подумал, что это очередная злая уловка, некоторая новая пытка, но он быстро одумался. Он поднял лезвие и быстро, будто по пылающей дуге, нанёс им удар.

Подвергнувшись какому-то шестому чувству, Нагаш поднял руку, пытаясь защититься от фатального удара, но закаленный скавенами клинок просто-напросто отсек ее. Столь сильно было злое колдовство, пронизывающее тело Некроманта, что упавшая на пол рука-коготь всё ещё хранила в себе некое подобие жизни и, будто чёрный паук, убежала и скрылась в тёмных коридорах крепости. Несмотря на то, что Великий Вызов почти полностью опустошил Нагаша, его власть ещё была весьма сильна, он наслал на Алкадизаара злое заклинание, которое могло, будто пламя снять с него всю кожу.

Находясь на огромном расстоянии, Совет Тринадцати направил всю свою силу чтобы защитить человека. Использовав все свои силы они смогли отклонить заклятие в сторону, и лишь разочарованное шипение сорвалось с тонких уст некроманта. Алкадизаар нанёс новый удар, рассекший позвоночник Нагаша. Некромант накинулся на Царя и вцепился ему в горло оставшейся рукой. Драгоценные капельки крови выступили в тех местах, куда вонзились когти Нагаша. Он смог даже приподнять его над землей своей единственной рукой.

Готовый потерять все чувства и погрузиться во мрак, пытаясь вдохнуть хоть немного воздуха, Алкадизаар отчаянно набросился на Некроманта, и отсёк его руку по локоть, и, падая, продолжал наносить всё новые удары. Руны скавенов, наконец, начали действовать и неестественная живучесть стала покидать Нагаша. Его тело, которое так долго боролось со смертью, начало разрушаться. Ощущая свою победу, Алкадизаар стал ещё стремительнее наносить удары, и в конце концов разрубил тело некроманта на тысячи кусков.

Наконец, когда от тела не осталось ни одной целой части, Алкадизаар взял корону Нагаша и бежал из крепости. Именно это и было тем моментом, которого так ждали скавены. Молниеносно лазутчики скавенов собрали все куски его тела и отнесли в свои логова, чтобы сжечь их там в пламени варп-камня их жутких устройств. Один лишь его коготь никогда не был найден, и таким образом часть Нагаша продолжала жить в этом мире.

Со смертью Нагаша, его легионы мертвых превратились в пыль. Однако власть, сотворившая их, была так велика, что часть мёртвых так и не смогли обрести покой. Многие прежние жители Великого Царства попали в ловушку и вернулись в свои владения, чтобы там, вечно бродя в сумерках быть пародией на свою прежнюю жизнь. Так и появились Царства Мёртвых. Другие же мертвецы продолжали блуждать по миру и нести ужас туда, где они появлялись. На этом угроза Великого Некроманта была исчерпана.

Возвращение Нагаша

Одновременно с тем, как Зигмар основал свою Империю, на север стали проникать слухи, что древнее Зло вновь пробудилось. Совет Тринадцати полагал, что уничтожил Нагаша, однако они были неправы, ибо столь могущественное и искусное в подчинение смерти существо не могло так просто быть изгнано из этого мира. Хоть его материальная форма и была разрушена, но его дух продолжал жить. Он ждал за порогом смерти, всё ещё воздействуя на мир, благодаря существованию своей короны, когтя и могилы. Нагаш достаточно долго планировал возможность своей смерти и поэтому предусмотрительно заключил часть своего духа и силы в своей короне, дабы иметь возможность вновь вернуться. Это могло занять многие века, но он должен был возвратиться, и его возвращение должно было стать невыразимо ужасным.

Его тело было сожжено в печах Нагашиззара и всё что от него осталось — это частицы пепла, разносимые по миру ветром. Одна за другой эти частицы медленно собирались воедино. Долгие столетия пылинки медленно соединялись в Пустоши Нагаша, откуда чёрным гниющими каплями текли дюйм за дюймом к Черной Пирамиде Нагаша в Кхемри. С каждым годом саркофаг медленно заполнялся чёрной жидкостью, образующей кокон, в котором Зло должно было родиться заново.

Подобно тому, как замерзает жидкость, чёрная субстанция концентрировалась, пока не стала тверда как кость. Неестественные органы стали формироваться поверх этого чёрного скелета. Растущие вены, будто черви, извивались, прокладывая путь сквозь недавно сформировавшиеся мышцы. Зловещий рогатый щит кожи покрывал эту биомассу. Только лишь правая рука, некогда отрубленная Алкадизааром, не отрастала вновь. И, наконец, в одну из тёмных ночей, столетия спустя после поражения скавенами, крышка саркофага медленно открылась, и Нагаш вновь пришёл в этот мир.

Вокруг его могилы простиралось царство Кхемри. Стоя на вершине своей пирамиды Нагаш наслаждался вернувшейся к нему властью. Всё ещё намного более сильный, чем любой смертный, он всё же был лишь мутным отражением прежнего себя. Он был ослаблен своим длительным пребыванием между миром живых и миром мёртвых, и к тому же часть его силы всё ещё была сосредоточена в его Когте и Короне. Вновь начав оживлять мертвецов Кхемри, он не смог подчинить их своей воле. Поскольку они ненавидели его и при жизни, то и после смерти они пылали ненавистью к нему, отчего он смог контролировать лишь часть из них, другие же нападали на подконтрольных ему неживых, что выливалось в целые «гражданские войны» в пределах самых больших некрополей.

В конечном счете, Нагаш устал от этих стычек и направился за поиском мёртвых слуг в другие города, но и там он находил мёртвых, которые после того, как он оживлял их, восставали против него, помня свою прежнюю ненависть к нему. Сильнее любого из Царей Гробниц поодиночке, он не смог противостоять их вновь созданному союзу, и он во второй раз в своей долгой не-жизни был изгнан из своей родины. Долго размышляя об этом поражении, он решил, что силы варп-камня смогут вернуть ему былую власть и помочь сокрушить своих врагов. Для этого он вновь отправился по той тропе, по которой некогда пришёл к берегам Кислого моря, но на этот раз его уже сопровождала армия лояльных ему мертвецов.

Добравшись, наконец, до Нагашиззара он обнаружил укрепившихся там скавенов. Долгие годы они добывали варп-камень, используя его в своих целях, пока он не был полностью исчерпан. Сам Нагашиззар стал огромным логовищем крысолюдей, правда, менее населенным, чем другие из-за нехватки пищи, которая практически не росла в Пустоши Нагаша, и которую приходилось доставлять из других логовищ в обмен на варп-камень.

Приблизившись к воротам его прежней крепости, он потребовал, чтобы его впустили. Командир гарнизона скавенов, смотря на него свысока, проклинал его и сыпал на него оскорбления на своём мерзком языке-писке. Одного слова Великого Некроманта хватило, чтобы убить нахала и открыть ворота Нагашиззара, поскольку он некогда сам сделал их и знал все секретные команды, чтобы управлять ими. За одну ночь силы Нагаша пронеслись сквозь Проклятую Яму, убивая удивлённых скавенов и заставляя их покинуть её.

Нагаш вернул себе контроль над крепостью, но был в недоступной смертному ярости от того факта, что весь варп-камень был почти полностью израсходован разработками скавенов. Устройства, которые он использовал для очистки, возгона и концентрации в своих опытах были разрушены. Но даже если бы они и уцелели, ему всё равно не хватало бы варп-камня, чтобы повторить Великий Ритуал Вызова. Не боясь армий, посланных Советом Тринадцати для возвращения Нагашиззара, Великий Некромант вновь принялся за работу. Первым, что он сделал, был искусственный металлический коготь, который должен был заменить ему потерянную руку.

Под чутким наблюдением его мёртвые слуги сотворили это устройство. Руны, покрывавшие этот искусный коготь, жгли глаза смотревших на него. Коготь был столь же гибок и полезен, как и настоящая рука, но при этом во много раз сильнее. Теперь Нагаш вновь мог держать своими собственными руками оружие и создавать новые устройства. Он вызвал духи мертвых, чтобы узнать о том, что случилось в мире в его отсутствие и медленно, часть за частью он восстановил все события. Он узнал об исчезновении Алкадизаара и о том, как корона и тлетворное влияние клинка скавенов довели его до сумасшествия и убили. В конечном счете, его внимание было обращено на север, где наследник Кадона, Морат, хранил его корону.

Закутавшись в чёрный плащ и наложив на себя мощнейшие защитные заклятья, Нагаш в тайне направился на север, чтобы вернуть то, что некогда принадлежало ему. Долгими были его странствия, и много было битв на трудном пути к холодным северным землям. Нагаш странствовал сквозь земли, где стойкие гномы сражались против орков и гоблинов, и где последователи Хаоса всё ещё скрывались в тени. Наконец он прибыл в земли возникающей молодой Империи и обосновался рядом с оставленными руинами эльфийского города Атель Тамара. Это место должно было стать той отправной точкой, от которой он намеревался начать поиски своей короны.

Нагаш направил своих шпионов, чтобы определить местонахождение наследника Кадона, однако к этому времени Морат был мёртв. Злой колдун был убит Зигмаром, и корона стала собственностью первого императора. Ощущая то зло, которое исходило от неё, император отказался использовать её и запер в своей сокровищнице, вдалеке от глаз тех, кого она могла бы соблазнить.

Решив вернуть себе корону, Нагаш отправил посыльного в лагерь Зигмара, предлагая несметные богатства за её возвращение. Большая закутанная в плащ фигура гонца на огромной отвратительной птице спустилась в лагерь. Все соплеменники ужаснулись, когда эта фигура, спустившись со своего «скакуна», предъявила требования своего повелителя голосом, похожим на предсмертный хрип.

Запах разложения и смерти окружал посыльного и все кто видел его — ужасались и советовали их лидеру уступить требованиям. Однако Зигмар не был склонен отдавать корону и воины, видя непреклонность их лидера, также переставали бояться посланника.

Но их воодушевление стихло, когда посыльный заговорил вновь и сказал, что они глупцы и у них не будет даже дальнейшей жизни, чтобы сожалеть о своей глупости. Зигмар поднял свой молот Гал Мараз и ударил им гонца. Удар разрушил умертвие, и лишь чёрный плащ остался от него. Зигмар приказал его сжечь.

Много месяцев Нагаш собирал свои силы. Его заклинания поднимали из могил легионы мертвецов, и многие другие тёмные создания присоединились к нему, пока, наконец, его армия не была готова к войне против Зигмара и его сторонников. Огромная орда мертвецов прошла по девственным лесам Империи, неся смерть всем на своём пути. Те, кто сражались с ними и погибали, вскоре воскрешались, дабы пополнить армию своих убийц. Много людей погибло, прежде чем весть об опасности армии мёртвых не распространилась по всей Империи.

Нагаш понимал, насколько ужасен вид его армии для людей, и люди действительно боялись его легионов. Люди, победившие многочисленные племена орков, некогда обитавших на их землях, понимали, что теперь перед ними был противник, который внушал в них смертельный ужас и казался им непобедимым. Из всех людей лишь Зигмар не боялся этого врага. Он обратился к своим союзникам — гномам, которые помогли ему и прислали множество оружия, на которое были наложенные мощные чары, способные разрушить мёртвые орды.

Две армии встретились на берегу реки Рейк весной 1 года по имперскому календарю. Это было судьбоносное сражение. Люди и гномы были преисполнены решимости. Мёртвые полки скелетов и зомби двигались в наступление абсолютно синхронно, будто автоматы, шагающие в такт ударам в барабан из человеческой кожи. Падальщики заполнили всё небо. Вампиры пробирались сквозь залитую кровью тьму. Упыри пировали на трупах и телах раненных. Умертвия сжимали живых в своих холодных когтях. Армия Нагаша атаковала, но не могла сломить хирды гномов. Силы Зигмара наносили ответные удары, где каждому человеку приходилось сражаться против ужасных чудовищ на всём поле битвы.

Среди всей гущи битвы две богоподобные фигуры шли на встречу друг другу. Зигмар вёл за собой людей племени Унбероген от битвы к битве, его удивительный боевой молот делал его истинной машиной смерти, оставлявшей за собой лишь останки противников. Восседающей на огромной чёрной колеснице Нагаш нёсся сквозь сражение, сжимая в своей искусственной руке ужасный воющий меч. В самом центре сражения эти два титана столкнулись, дабы, схватившись в великой схватке, решить судьбы мира. Зигмар, вскарабкавшись на подножку колесницы, столкнул лича, чтобы продолжить битву уже на равных земле.

Целый час они сражались друг с другом, пока вокруг них бушевала грандиозная битва. Нагаш нанёс Зигмару рану своим ядовитым клинком, и, понимая, что силы начинают покидать его, Зигмар направил все свои силы в решительную неистовую атаку. Молот становился ударом молнии в руках императора. Он бил снова и снова, оттесняя Великого Некроманта к правому берегу реки Рейк. Нагаш призвал себе на помощь самых мощных из своих фаворитов. Вампиры нападали на Зигмара справа и слева, но его удары сокрушали их.

Ощущая, что его противник ослабевает, Нагаш остановился. Зигмар стоял перед ним, измученный и задыхающийся. Через секунду раненый Зигмар вновь резко бросился на противника. Его молот был похож на метеор. Нагаш парировал удар, и молот был остановлен. В этот долгий момент противники скрестили своё оружие, искры летели со всех сторон, лязг металла заглушал смертельные крики вокруг, проявляя удивительную жизнеспособность сухожилия, будто бы сделанные из стали, были натянуты до предела, холодные синие глаза мертвецов ярко светились в ужасных пустых гнёздах. Наконец Зигмар возобладал, разбив меч Великого Некроманта и обрушив своё оружие на голову своего врага.

Тёмное ядовитое облако вышло из разбитого черепа упавшего некроманта, распространившись по полю, но вскоре рассеявшись и уйдя на юг. Легионы, оживлённые его волей рассыпались в прах. Скелеты рушились и устилали своими костьми поле, зомби, превращаясь в гнилые лужи, мгновенно разлагались перед глазами изумлённых людей, вампиры и упыри в панике скрывались в дремучих лесах. Только когда сражение окончательно закончилось, Зигмар остановился на мгновенье и после рухнул на землю.

Несколько месяцев потребовалось богочеловеку Зигмару, чтобы заживить свои раны, но он никогда больше не смог восстановить всю свою прежнюю силу полностью. С другой стороны, теперь Великому Некроманту потребуется не одно столетие, чтобы попытаться вновь восстановить свою физическую форму в своём саркофаге в Кхемри. Он получил горький урок и понимает, что теперь в мире смертных его можно будет легко уничтожить, и ему нужно быть чрезвычайно осторожным в следующий раз. Поэтому с тех пор он живёт в пределах Нагашиззара и не покидает их, бледная тень былого могущества, и теперь, чтобы вершить свою волю, ему нужно использовать разветвлённую сеть своих агентов.

Культ Нагаша

Sigmar vs Nagash

Зигмар и Нагаш

После победы Зигмара над Нагашем и вплоть до наших дней нет каких-либо документированных сведений о том, чтобы Великий Некромант вновь угрожал Империи или Старому Свету, и можно сказать, что его имя навеки осталось лишь в анналах истории, однако…

В Империи и в наши дни существует тайное общество некромантов, именующее себя Культом Нагаша. Изредка они собираются вместе, чтобы продемонстрировать друг другу свои способности и поделиться исследованиями в чёрном искусстве некромантии. Ничего не известно о том, имеет ли данный культ единого лидера, и вообще сотрудничают ли между собой отдельные ячейки некромантов в нём. Известно только, что культ весьма засекречен, ибо помимо охотников на ведьм, готовых послать на костёр любого из них, на культ ведут охоту и жрецы Культа Морра, весьма активно ищущие и уничтожающие тех, кто проявляет интерес к некромантии.

Многие в Культе Нагаша полагают, что Великий Некромант до сих пор жив, и правит мертвецами в свой цитадели — Нагашиззар, иные считают, что он умер, но может вернуться, третьи же также полагают, что ныне их король мёртв, но он обязательно возродится вновь, и это лишь вопрос времени. Все они сходятся в том, что Нагаш рано или поздно отомстит тем, кто некогда сокрушил его. И они, его сторонники, помогут ему в этом, ибо, когда орды мертвецов принесут Армагеддон в этот мир, то уцелеть смогут лишь те, кто был верен Королю Увядания.

Иногда те из некромантов, кто смогли доказать свою преданность культу, приглашаются в путешествие на юг, в земли, где некогда правил сам Великий Некромант, в крепость Нагашиззар. Никто не знает достоверно, что можно там найти, многие даже не верят в возможность подобного путешествия, ибо по пути можно легко сгинуть в Чёрных горах или быть съеденным орком. Хотя, как говорят в самом культе, те, кто всё же добираются до Нагашиззара, находят там лучшего из возможных учителей чёрной магии и некромантии — самого Нагаша. Однако проверить это невозможно, так как ни один из отправившихся на юг некромантов никогда не возвращался.

Известно, что в культе состояли такие знаменитые некроманты, как Генрих Кеммлер и Дитер Хелснихт, однако являлись ли они лидерами культа сказать нельзя. Поговаривают, что лидером культа является некий мощный некромант, который хранит Коготь Нагаша как символ своей власти.

Примечания

  1. В ранних редакциях здесь ещё была фраза о том, что «…Нагаш издавал указы, направленные на сокрушение королевств и уничтожение целых народов. Чрезвычайно рискуя, он даже отправился к Равнине Костей, где смог подчинить своей воле мёртвого дракона, позже ставшего его скакуном…»
  2. В ранней версии бека говорилось, что «…Гнилой камень всё же причинял страдания и самому Нагашу, и ему пришлось выковать себе броню из сплава свинца и метеоритного железа, чтобы защитить себя от разрушительного воздействия камня. У его последователей же подобной возможности не было…»

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.